Участник спецоперации рассказал, как вывозили Цемаха из Луганска

Свидетеля в деле об аварии МН17, которого сбили с территории Донбасса, забирали вместе с СБУ бойцы 74-го отдельного разведбата ВСУ. В результате этой операции один разведчик погиб, другой остался без ноги.

Сегодня, 7 сентября, между Украиной и Российской федерацией состоялся обмен пленными. Журналист Радио Свобода Крис Миллер сообщил, со ссылкой на журналиста с российской пула, что бывший боевик группировки «ДНР» Владимир Цемах, который считается главным свидетелем по делу уничтожения боевиками окупированных территорий Донецкой области пассажирского лайнера Малазийский авиалиний под именем МН17 — находится на борту российского самолета вместе с другими людьми, представленных на обмен Кремлю.
Данное обстоятельство подтвердил и президент Украины Владимир Зеленский.
На вопрос журналистов украинских средств массовой информации в аэропорту, о том, допросили ли Цемаха перед передачей, Владимир Зеленский данное обстоятельство кратко подтвердил.
Как стало известно журналистам, на самом деле Цемаха вывезли из оккупированной территории Донецка 27, а не 29 июня 2019. Вместе с украинскими спецслужбами в операции взяли участие бойцы 74-го отдельного разведывательного батальйона ВСУ.

Для понимания происходящего, на то время, весьма ценным представляется рассказ одного из участников оперативного похищения Владимира Цемаха на территорию, подконтрольную Украине.
По просьбе одного из участников успешного выполнения предварительно тщательно разработанного плана мы не называем его имени, а также позывного.
«Стоит ли эта операция таких серьезных усилий?»

«Мы готовились к этой операции буквально сутки. Другие же службы, естественно, готовились к ней дольше, но подробности мы, как обычно, специально не расспрашивали. Так как лучше знать меньше, если что-то пойдет не по плану.

Наша задача состояла в перевозке Цемаха через линию разграничения. Сложность здесь, кроме всего прочего, заключалась в том, что на определенном участке под Донецком враг стоял довольно кучно: его огневые позиции могли находиться друг от друга в 100 метрах. В «ДНР» до сих пор не знают, как именно нам удалось проникнуть на вражескую территорию, чтобы вывезти одного из важных бойцов — Цемаха.

Кстати, я в начале совсем не интересовался, как зовут боевика, которого мы будем забирать, и не спрашивал, кто он. Командиру одной из спецслужб, с которой мы работали, поставил только два вопроса: «Можем ли мы ликвидировать этого «клиента», если что-то пойдет не так?» и «Стоит ли эта операция таких больших усилий?».
На первый свой вопрос ответ получил: «Нет, исключено. Его необходимо доставить только живым». На второй командир из нашей спецслужбы ответил: «Да, эта операция стоит серьезных усилий. Если все пойдет по плану — это будет настоящий прорыв». Так я понял, что мы будем забирать кого-то на самом деле важного.

Участок, на котором двигались парни из моего подразделения, с той стороны контролировала так называемая сотая бригада «гвардии» «ДНР». С начала войны мы работали во многих местах Донбасса, и поэтому я уверен, что только они, эта «сотая бригада», выставили вокруг себя так много противопехотных мин (противопехотная мина нажимная), запрещенных Женевской конвенцией. Другие подразделения пророссийских боевиков также используют ПМН, но «сотка» — больше всех.

Чтобы вывезти Цемаха, сержанту Александру Колодяжном и еще одному нашему парню пришлось идти фактически по самому минному полю. Бойцы спускались через холм, Саша съезжал на бедре и случайно «сорвал» ПМН. Второй боец ​​подбежал, чтобы оказать ему первую помощь, и сам тоже подорвался. Мина сработала одновременно у головы Саши и ноги второго бойца. В результате, Сашу вывозили без сознания, а второй боец ​​потерял ногу».

Разведчик с палочкой

Врачи разводят руками и говорят: «Молитесь, он в крайне тяжелом состоянии, мы сделали все, что можно было сделать».

«Цемаха повезли в Киев. За два дня информация о его вывозе из Донецка стала публичной. Между тем за жизнь нашего бойца боролись в военном госпитале Харькова. Родственникам сказали, что Саша получил ранения, но не акцентировали на подробностях — никто из военных не сообщил им, что врачи разводят руками: «Молитесь, он крайне тяжелый, мы сделали все, что могли сделать». Кстати, это было далеко не первое ранение Саши, мы все очень надеялись, что на этот раз тоже «пронесет».

Самую первую контузию Александр Колодяжный получил осенью 2014 года, при обороне Донецкого аэропорта. В тот день он находился в «старом» терминале: открыл дверь, чтобы впустить свежий воздух, и в тот же миг «прилетело» из РПГ. Тогда мы ранение даже не зафиксировали — Саша сказал, что он в норме, переживет, воевали дальше.»

«Второе ранение у сержанта было уже в 2015 году в районе Крутой Балки. Мы проводили там подготовительные работы перед зачисткой и нашли пять растяжек: четыре, хоть это и неправильно, перерезали, а с пятой так не получилось. Но мы из-за этого не переживали, так как металлическую «нить» от последней растяжки и так было отчетливо видно. Говорят, разведчики умирают, когда возвращаются из операции. Когда ты уже немного расслабился и думаешь, что опасности уже нет. Именно так было и в этот раз: возвращались назад, один боец ​​не заметил злосчастную пятую растяжку и подорвался. В результате, двое наших бойцов погибло, еще трое, в том числе и Саня, получили ранения.»

«Свое третье, серьезное к смертельное, ранение Саша получил в 2016 году во время обороны Авдеевской промзоны. Тогда мы совместно с бойцами 39-го отдельного территориального батальйона небольшими шагами продвигались в лесу возле «промки». Немного проходили вперед, ждали, пока пехота на этом же месте окопается, и потом шли дальше. В момент одного из таких передвижений вперед Саша с ребятами попали в засаду. Пуля из пулемета боевиков прошила ему бедро: Саня истекал кровью, а мы, из-за обстрела, еще довольно долго не могли эвакуировать его с поля боя. Сержант Колодяжный тогда выжил чудом, почти год провел в госпиталях, а затем, хромая и с палочкой, вернулся к нам.»

«Честно говоря, мы во время реабилитации говорили ему, что все будет хорошо и еще повоюем, только для того, чтобы подбодрить. Ну, какой разведчик с палочкой? Такого не может быть. Но Саша был не из тех людей, что сдаются. В Донецком аэропорте он прямо перед носом боевиков поднимал наш флаг, поэтому и по возвращении начал самостоятельно лечить свою ногу. Говорил, что хочет ходить в выходы, как и все. Волонтеры достали ему даже специальный тренажер. И он смог! Через некоторое время напряженных тренировок Саня Колодяжный выбросил свою палочку. Он ходил на задания, как и раньше.»

«Сержант Колодяжный был фантастическим человеком. Мы воевали вместе с 2014 года, его называли в подразделении «совесть». Саня и был нашей совестью — причем даже взрослые суровые мужики боялись его огорчить. Если что-то шло не по нашему плану, или кто-то провинился — всегда говорили: «Только бы Саша НЕ узнал. Очень не хочется его огорчать».

P.S. Сержант 74 ОРБ Александр Колодяжный умер, не приходя в сознание, 11 июля в киевском военном госпитале. С операции по вывозу боевика Владимира Цемаха до сих пор не сняли гриф секретности, поэтому большая часть информации о 27 июня 2019, скорей всего, еще долго будет неизвестна общественности.

Дякуємо: hvylya.net

Оставить комментарий

Ваш email нигде не будет показан. Обязательные для заполнения поля помечены *

*

Faqd100@gmail.com